Наталья Смольковская
Когда молчание дороже аплодисментов
Новости культуры. Пермь
№35 2008
Светлана Крючкова известна каждому из нас как очаровательная прелестница из «Большой перемены» и «Старшего сына». Ныне она - одна из немногих советских актрис, кто не пропал из поля зрения нынешнего зрителя, а продолжает активно сниматься в кино, играть в театре (легендарном петербургском БДТ), руководить собственным театром-студией и даже вести телевизионную программу для детей «К доске!». Но есть и другая Светлана Крючкова, не растиражированная телеэкраном. Ее-то и можно было увидеть в минувший вторник в Органном зале филармонии.
Современно и вне времени
Публичное чтение литературных текстов — этот жанр подвластен редким артистам. Для того чтобы «вытянуть» исключительно на себе спектакль, не прибегая к уловкам с помпезными декорациями и затейливой драматургией, нужен не дюжинный талант. Александр Филиппенко и Михаил Морозов на филармонической сцене читали прозу, Алла Демидова — стихи Ахматовой. И филармония обещает, что пермяки и дальше смогут быть сопричастными к таким эксклюзивным литературным событиям.
Хотя организовать подобные концерты не слишком просто: сейчас на всю страну осталось только шесть артистов, рискующих читать стихи: Юрский, Козаков, Басилашвили, Демидова, Фрейндлих и наша сегодняшняя героиня — Светлана Крючкова:
— В наше время читать стихи просто никто не хочет - прежде всего потому, что это колоссальный труд. Для того чтобы составить серьезную поэтическую программу, надо изучить множество материала, перерыть такое количество всего, пропустить его через себя, сравнить, придумать... А механическое заучивание стихов стоит чуть ли не на последнем месте при подготовке программы.
Так, по Цветаевой я могла бы написать докторскую диссертацию! Недавно нашла ошибку в новой книге Кудровой, которая занимается изучением жизни и творчества Цветаевой 25 лет: один неверный глагол, который был у Марины Ивановны лишь в черновиках, смог уничтожить весь трагизм стихотворения:
«Никто, ни сын, ни брат, ни муж,
Ни друг и все же укоряю:
Ты стол накрывший на шесть душ,
Меня не посадивший с краю...»
В книге случайно «укоряю» было заменено на «повторяю». Одно слово — и уничтожена вся скорбь этого последнего стиха, написанного Цветаевой в жизни. Я же к таким вещам отношусь очень внимательно, потому что мне важна мысль поэта, его энергетический заряд. И во время концерта ценю больше зрительское молчание, а не аплодисменты.
Каждый из нас, смею сказать, больших артистов, занимает свою нишу. Мы не толкаемся, не мешаем друг другу. У нас своя дорога —сейчас, когда активной жизни осталось не так уж много, это предельно ясно. Поэтому любите нас, пока мы живы.
За последнее Светлана Николаевна может не волноваться: ее в Перми любят. Встречи с ней ждали — особенно те, кто не попал в прошлом году на ее литературный вечер (кстати, организованный опять же филармонией). Тогда билеты «на Крючкову» разлетелись быстро. Учитывая загруженность актрисы, пригласить ее дважды - дорогого стоит. Правда, многое объясняется тем, что позвали ее именно с литературным вечером:
— Перегруженность работой у меня отчасти вынужденная, поскольку я являюсь единственным человеком в семье, зарабатывающим деньги (прошу отметить — «зарабатывающим», а не «работающим»!). Но от своих поэтических вечеров никогда не откажусь. Единственное, о чем жалею, — что не хватит жизни сделать все, о чем мечтается.
В плане интереса публики не стал исключением и поэтический вечер, получивший название «Назначь мне свиданье...». Вечер, посвященный любви. В отличие от Филиппенко, ищущего в известных текстах скрытый смысл, Крючкова, как настоящая женщина, предлагает зрителю отдаться во власть чувств. Там, где мужчина видит события, женщина подмечает страсть, боль, обиду, отчаяние, любовь... Стоит ли говорить, что стихи, прозвучавшие в этот вечер, были написаны женщинами. Несмотря на то, что в ее репертуаре есть и программы по Пушкину и Самойлову, в Перми Светлана Николаевна читала стихи о любви, принадлежащие Марине Цветаевой и Марии Петровых. Первая еще при жизни стала легендой, ее сборники печатались и были очень известны широкому кругу читателей. Вторая, Мария Петровых, в которую был безответно влюблен Мандельштам, современница Ахматовой и Цветаевой, — большая поэтесса, писавшая «в стол». Стихи Петровых, к сожалению, в России практически никто не читает. Именно она — одна из любимейших поэтесс Крючковой. Каждый раз зритель, который соприкасается с поэзией Марии Сергеевны, уходит из зала потрясенный. Да что говорить, когда сама Ахматова назвала произведение Петровых «Назначь мне свиданье...» лучшим стихотворением о любви прошлого столетия...
Светлана Крючкова на сцене чередовала стихи с рассказами о взаимоотношениях с людьми, которые явились причиной создания того или иного произведения, отрывками из дневников, писем и воспоминаний современников. И напомнила, что приехала в Пермь ради юбилеев замечательных поэтесс — 100-летия Марии Петровых и 115-летия со дня рождения Марины Цветаевой:
— Я сознательно называю их «поэтессами», хотя Анна Андреевна утверждала, что надо всегда говорить «поэт». Но сама-то была женщиной до глубины души, до мозга костей!
К слову, Светлана Крючкова готова приехать вновь — уже с ахматовскими стихами. Не так давно она завершила работу в документально-художественном фильме «Анна Ахматова. Луна в зените», а в будущем году в честь 120-летнего поэтессы представит петербургскому зрителю программу «Другая Ахматова».
Когда женщина начинает говорить о любви…
Актриса категорично негативно отзывается о халтурщиках сцены, которые пытаются читать стихи, но так, что лучше бы и не читали: «Они же отвращают от поэзии молодежь, не раскрывая стих, а усыпляя зал занудством», — утверждает Крючкова. И поверить ей можно — сама она знакома с молодежной аудиторией не понаслышке: ведет детский абонемент в Санкт-Петербургской филармонии и использует в своих поэтических программах музыку сына — студента музыкального училища им. Мусорского (по классу классической гитары). В Петербурге на вечера Крючковой приходит много молодежи — от 16 лет. На этих концертах звучат известные произведения, например, «Мне нравится, что вы больны не мной» — только без купюр, которые присутствуют в фильме: «Уверена, что в этой поэзии можно что-то новое открывать постоянно. Невзирая на возраст».
Только не надо думать, что нынче Светлана Николаевна приехала в Пермь с прошлогодней программой. Вообще артистка не скрывает, что каждое ее выступление — особенное, и двух одинаковых не бывает:
— В зависимости от зала я переставляю стихи местами, что-то добавляю, что-то отбрасываю. Концертов «один в один» у меня никогда не бывает! Так, однажды должна была состояться программа на стихи Марины Цветаевой и Марии Петровых, но зрители так кричали «Цветаева, Цветаева», что и во втором отделении пришлось продолжить читать стихи Марины Ивановны. В Перми, к счастью, был соблюден баланс - первое отделение отдано Цветаевой, второе — Петровых.
Ощущение камерности, даже интимности происходящего усиливалось обстановкой: обычно торжественный Органный зал по просьбе Крючковой превратился в уютную комнатку, посреди которой оказались кресло и стол с домашней лампой.
Крючкова предстала перед пермскими зрителями властной, требовательной (к правилам поведения в зале), но открытой и искренней в своем творчестве. Словом, настоящая мама. Перед журналистами Светлана Николаевна и не скрывала, что это ее основное амплуа:
— Женщины делятся на жен и матерей. Я — мать. Я всем своим мужьям была сначала мать, а уж потом — жена. И это качество просвечивает во всей моей работе. В свое время я пожертвовала красотой, когда решила рожать в 40 лет второго ребенка — это была очень тяжелая беременность. Все девять месяцев я не вставала с кровати, мне кололи гормоны. Естественно, с тех пор я очень изменилась — как внешне, так и внутренне. И повернуть процесс вспять никогда желания не возникало: под нож хирурга ложилась только по жизненным показаниям (а травм в жизни было достаточно — вот недавно попала в реанимацию, сыграв десять дублей смерти в фильме «Похороните меня за плинтусом»).
Я за органичное, правдивое существование. С возрастом все меняются, актрисы — не исключение, так что ни в коем случае не надо делать ставку на свою молодость и красоту! Постоянно рождается кто-то моложе тебя. Так что, как говорят американцы, лучше свои минусы превращать в плюсы. Да, я играю женщин старше себя. Если бы я выглядела моложе, мне бы никогда не предложили роль Анны Андреевны Ахматовой. Роли, ради которой стоило стать актрисой. С возрастом я стала получать значительные, интересные, объемные роли. Поэтому возраста не боюсь. Ведь все хотят быть молодыми, я оказываюсь одной из немногих, готовых играть пожилых персонажей. Так что на самом деле я выигрываю, а не проигрываю.