Ольга Штраус
Два спектакля со Светланой Крючковой в главных ролях представил БДТ в Москве
Российская газета
28 июня 2021
Народную артистку Светлану Крючкову представлять публике не надо - достаточно вспомнить две ее кинороли: романтичную Нелли из "Большой перемены" и жуткую Бабушку из фильма "Похороните меня за плинтусом". А между ними - десятки блистательных работ в театре, на телевидении и в кино.
Но БДТ - особая история. И гастроли этого театра на сцене МХАТа имени Горького - тоже. Ведь Светлана Крючкова, окончившая когда-то школу-студию МХАТ, именно здесь начинала свой творческий путь. Перемены в личной жизни увели ее в Северную столицу. И товстоноговский БДТ на долгие годы стал ее домом. На мхатовскую сцену она вернулась 43 года спустя.
Оба привезенных спектакля - "Игрок" по Достоевскому и "Жизнь впереди" по роману Эмиля Ажара поставил режиссер Роман Мархолиа. И там и здесь много музыки и лязгающего шума, танцевальных и акробатических вставок, видеоэффектов, которые, особенно в первых действиях, превращают спектакли в подобие шоу. В "Игроке" Крючкова играет две роли - крупье и Бабуленьку. И этот, второй, вроде бы второстепенный персонаж становится самым живым, обаятельным и притягательным центром всех сцен. Полька из Парижа смогла заменить арабскому мальчику и маму, и папу.
Гораздо значительнее роль Крючковой в спектакле "Жизнь впереди". Очень душевный, почти мелодраматический роман Ажара про стареющую проститутку мадам Розу (ее-то и играет Крючкова), которая берет "на передержку" детей своих коллег, пока те зарабатывают позорным ремеслом на жизнь, постановщик превратил в почти политическое высказывание. Польская еврейка мадам Роза, пережившая ужасы Освенцима, всей душой привязывается к арабскому малышу Момо. Национальности обитателей этого, не самого фешенебельного квартала Парижа, похоже, вообще не имеют значения. Все религии, все языки, все "большие разницы" менталитетов уживаются тут дружественно и с большой симпатией. Образ Ноева ковчега режиссер вполне убедительно противопоставляет Вавилону, доказывая, что сердечная любовь и товарищеская привязанность между арабским миром, христианством и иудаизмом возможна. Роман Ажара написан от лица взрослеющего мальчика, он полон трагикомических деталей. Не все они вошли в спектакль, а те, что вошли, даны как-то впроброс. Но сцена с Кадиром, отцом ребенка, несомненно, самая яркая в спектакле. Араб, убивший из ревности свою жену-проститутку и 11 лет проведший в психиатрической клинике, приходит к мадам Розе, чтобы обнять своего сына. Та понимает, что Момо (Мухаммеду) с таким отцом будет хуже, чем с ней и выдает малыша за еврея Мойше. Смышленый Момо (его роль замечательно исполнил Иван Федорук) радостно подыгрывает мадам Розе: для него его воспитательница давно уже стала самой большой любовью, заменившей и мать, и отца, и бабушку.
Вообще спектакль, как и роман, полон парадоксов: высокой нравственности и мужской чести малыша учит проститутка с 35-летним стажем. Верность и безграничную сыновью любовь к умирающей еврейке демонстрирует араб. А трагический финал - мадам Роза умирает на руках у Момо, дан в абсолютно идиллической интерпретации. Он врет соседям, что родственники увезли мадам Розу на самолете в Израиль. И мы впрямь видим, как почти игрушечный самолет увозит сияющую мадам Розу-Крючкову в небеса.
За самолетом развевается флаг. Надпись на нем "Надо любить" - ответ на все сомнения Момо.
Думаю, что эти слова - кредо и самой Светланы Крючковой, всю жизнь живущей по этому правилу.