Алла Буловинова
Мария Лаврова: Играть с папой на одной сцене немного смешно
Вечерняя Москва
17-23 августа 2001
Среди молодых актеров, принявших участие и московских гастролях легендарного товстоноговского Большого драматического театра, была и Мария Лаврова, дочь ведущего, артиста БДТ — знаменного и по своим киноработам, и по неуcтанной общественной деятельности Кирилла Лаврова. Какая она, выросшая под
требовательным оком своего отца? Да еще и мама, Валентина Александровна Николаева — тоже артистка, тоже в БДТ... В 1987 году Мария закончила ЛГИТМиК, несколько лет работала в ТЮЗе. А потом все-таки перешла в Большой драматический: (куда ж деваться, если родители с раннего детства брали ее сюда с собой на все спектакли!)
— Актрисой я стала, потому что у меня, получается, действительно и выбора-то не было. Например, я помню, как ходила на репетиции «Ревизора» - мне тогда было лет пять-шесть, и оставить было не с кем. Как мне нравилась Марья Антоновна в исполнении Натальи Теняковой, мне так хотелось ей подражать! Я наизусть знала чуть ли не все роли этого потрясающего спектакля, где Хлестакова играл Басилашвили, Осипа - Юрский, а Городничего - папа! И, когда к нам приходили гости, мы с ним разыгрывали маленькие сцепки из «Ревизора».
— Родители не возражали против поступления в театральний?
— Они заняли нейтральную позицию – ни да, ни нет. Но сейчас я понимаю: все тогда, конечно, знали, что я - дочка Кирилла Лаврова. И думаю, что брали меня авансом. Ну что я представляла собой и 17 лет?
— У вас преподавал Лев Додин?
— Я попала к Аркадию Иосифовичу Кацману – наш курс оказался последним, который он довел до конца. Додин был у него вторым педагогом, они выпустили два знаменитых курса перед нами. А на нашем курсе Додина уже не было - к тому времени он уже стал художественным руководителем Малого драматического театра. Кацман и Додин - это одна школа. И, встречаясь в общей работе с Петей Семаком, звездой додинского театра, я чувствую, что он мне в этом смысле родной человек. Не зря же после окончания института многие ребята с нашего курса пошли показываться Додину, и нескольких он взял. Но, проработав у него больше года, они сбежали - все-таки сказалось, что не он их учил... В театре Додина очень неординарная атмосфера - там не то что случайного, там полуслучайного человека нет.
— А в чем единство школы?
— Мне кажется, она довольно аскетична, сдержанна. О ее серьезности говорит хотя бы то, что дипломный спектакль «Три сестры» мы с Аркадием Иосифовичем репетировали два года. Я играла Ирину, хотя очень хотела играть Машу. Это была настоящая пахота! Кстати сказать, из тридцати поступивших на курс к Кацману его закончило двадцать.
— Чем вам не приглянулся знаменитый питерским ТЮЗ?
— Мне нравилась его легкая, неакадемичная атмосфера. Но не нравился его тяжелый зритель. Нужно быть фанатом-тюзовцем или актером с особым призванием от Бога, чтобы всю жизнь проработать с детьми.
— Как из ТЮЗа попадают в БДТ?
—Меня пригласил туда Адольф Яковлевич Шапиро - в спектакль «Вишневый сад» на роль Ани. Он же тридцать лет возглавлял Рижский молодежный театр, ТЮЗ практически, и как тюзовцы мы были знакомы. Я репетировала у Шапиро Чехова, оставаясь актрисой ТЮЗа. Но потом наш питерский режиссер Андрей Максимов пригласил меня играть в БДТ Веру в «Последних» Горького. И художественный совет оставил меня в театре.
— С каким чувством выступили на всемирно знаменитую сцену?
— Роль Ани далась мне без особых усилий. Но вот что касается этих подмостков - я же на эту сцену с детства смотрела как на сказку какую-то. Поэтому, когда я вышла на нее первый раз, у меня просто подкосились коленки: «Мамочка мол, что я делаю?! Неужели я здесь буду артисткой?!» А теперь еще представьте себе цветник, в который я попала: Раневская - Светлана Крючкова, Гаев - Олег Басилашвили, Фирс - Евгении Лебедев, Шарлотта – Алиса Фрейндлих...
— И как отнеслись к вам корифеи?
— У всех было ко мне теплое отношение - меня же знали с детства. В какой-то трудный момент в «Вишневом саде» меня очень поддержала Алиса Бруновна - она всегда может удачно подсказать. И особенно заботлива к молодым актерам.
— А что, простите, папа?
— По-моему, за мой дебют ему не пришлось краснеть.
— В «Последних» он играл главную роль, а вы - его дочку. Вы не запутались во всех этих сценичско-родственных отношениях?
— У меня был один явный просчет. Мне-то казалось, когда я выйду с ним на одну сцену - родственные связи помогут мне создать нечто такое неуловимое, тонко-художественное... Но, кроме зажима оттого, что он мой родной папа, я больше ничего не почувствовала. И я заставила себя относиться к нему как к партнеру. Постаралась убрать все скрытые родственные линии - оказалось, они мне действительно только мешали.
— А как он чувствовал себя на одной сцене с дочкой?
— Ну, это его надо спросить. Но мне всегда было немного смешно, когда он, глядя мне в глаза, что-то играл. Все-таки нелепость какая-то в этом была.
— Вы к каким ролям тяготеете? Какое вам ближе амплуа?
— После того, как я прочла высказывание Мейерхольда по поводу того, что каждый плохой артист мнит себя трагиком, я подумала: ни-ни! я - комедийная! Но вообще-то я - разная. Хотя считаю, что без юмора все занудно.
— Есть ли роль, о которой вы мечтаете?
— Я просто боюсь остаться без работы. Такой животный страх испытывает, наверное, каждый актер. Был сезон, когда я играла, но не репетировала ничего нового - так я в такую панику впала! Стала срываться, достала мужа, родных. И сразу дала согласие играть в Театре русской антрепризы имени Андрея Миронова. Мы сделали три пьесы Бернарда Шоу.
— Вы всю себя отдаете театру?
— Я этого не делаю, не хочу и не буду делать! Все-таки моя главная жизнь - это семья: муж и дочка. Я следую закону природы.
— Тогда давайте про мужа.
— Я его обожаю. Когда-то он начинал осветителем на «Ленфильме», а сейчас мастер по свету на телевидении. Мы познакомились, когда я еще училась в школе, в кафе на Петроградской стороне. Там собиралась неформальная молодежь, хиппи — не хиппи. Он ходил в шинели и с длинными волосами. Говорили о Сартре, подпольной литературе, пили вино, ездили гулять за город. Начался роман. А когда я поступила в театральный, мы расстались - на личную жизнь у меня просто не хватало времени. Но на третьем курсе я встретилась с ним на дне рождения у подруги. И с тех пор - всё!
— Муж не ревнует вас к профессии?
— Ревнует. И говорит, что хотел бы чаще видеть меня дома. Но на премьеры всегда приходит с цветами.
— А дочка?
— Оле в августе 11 лет. Она хочет быть только актрисой! Уже выходит на сцену в спектакле «Перед заходом солнца».
— То есть вы тоже оставили ее без выбора? А кто больше занят ее воспитанием?
— Я все-таки. Когда она еще ходить не умела, я везде таскала ее с собой в «кенгурятнике». А выбор ей предоставлен: сначала она занималась хореографией,
сейчас музыкой, к тому же она неплохо рисует.
— Каким главным качеством, по-вашему, должна обладать женщина-актриса?
— Терпением.
Встречалась Алла БУЛОВИНОВА