Пресса о спектакле «Квартет» по пьесе Р. Харвуда

«Квартет»: четверо смелых

Звезды БДТ сражаются со старостью в Москве.

Знаменитый питерский театр уплотнил гастрольный график в Москве, — после успеха спектакля «Лето одного года» БДТ привез в Москву свой знаменитый «Квартет». На сцену Театра сатиры снова вышли Олег Басилашвили и Алиса Фрейндлих, компанию им составили Зинаида Шарко и Валерий Ивченко. «Великолепная четверка» оживила героев пьесы Харвуда об оперных артистах, доживающих свой век в доме для престарелых. Суперзвезды питерской сцены подарили московскому зрителю драгоценный спектакль. Без них он стал бы проходным, с ними — превратился в праздник.

Тем не менее, сама по себе пьеса Харвуда — горькая. Она посвящена старости и ее тяготам. Только благодаря неповторимому обаянию артистов БДТ ей стал присущ трагикомичный оттенок. Ирония, с которой они играют своих героев, «высветила» судьбы и характеры так, что тема общей и закономерной для всех беды (приближение смерти) не показалась основополагающей. Главное здесь — не старость как таковая, а стойкость и мудрость, с которыми ее встречают Уильфред Бонд (Басилашвили), Сисси (Шарко), Реджинальд Педжет (Ивченко) и Джин Хортон (Фрейндлих).

Все роли в этом спектакли — характерные. Они не просто сыграны, но с неподдельным упоением выпестованы актерами. Валерий Ивченко создал образ рассудительного интеллигента с ранимой душой и затаенной грустью на сердце, Алиса Фрейндлих — капризную экс-звезду, так и не смирившуюся с потерей голоса, Олег Басилашвили — простодушного и трогательного волокиту, Зинаида Шарко — полубезумную эксцентричную старушку. Согласно сюжету они с нескрываемым ужасом и восторгом готовятся спеть арию из оперы «Риголлетто» на празднике, посвященном композитору Верди.

Искренность, с которой все они раскрываются перед зрителями и друг другом, неподдельна и трогательна. Этот спектакль — редкий пример сентиментальной мелодрамы, которая не только не раздражает, напротив — завораживает.

Старость отступает, когда «квартет» снова и снова окунается в тайну театральных масок. Во втором акте спектакля герои тщательно гримируются, медленно переодеваются... они снова молоды и полны сил. Когда они встают на сцене, чтобы не спеть, а прослушать арию в исполнении самих себя в молодости, зал обмирает. Перед ним не придуманные Харвудом персонажи, а любимые актеры. И пускай сцена кажется затянутой, она акцентирует внимание на этих людях, стойких оловянных солдатиках, посвятивших себя настоящему психологическому театру, увы, недоступному сегодняшним мастерам.

Равные сами себе, они — недосягаемые символы русского академического театра. Нарочитый пафос финала нивелирован обожанием, с которым зрители провожают актеров со сцены, неся охапки цветов.

Витвицкая Н. «Квартет»: четверо смелых. Звезды БДТ сражаются со старостью в Москве. // Ваш досуг. Москва. 2012. 18 янв. >>>

 

 

«Великие актеры из Санкт-Петербурга показали, что русский театр не лыком шит. В принципе, всегда логично было предполагать: однажды наступит время, когда мы воскликнем: боже ты мой, неужели вот такой у нас был когда-то театр?! 
С другой стороны, потрясение от спектакля «Квартет» с участием Алисы Фрейндлих, Зинаиды Шарко, Олега Басилашвили и Кирилла Лаврова вовсе не вяжется с ностальгией. С тоской по прежним неторопливым временам, со снобистской тягой треснуть, но посмотреть всегда умный, всегда основательный спектакль товстоноговского БДТ. 
И Товстоногова уж нет, и театр уж давно не тот. А актеры – великие. (Сказала бы – «великие старики», да язык не поворачивается.) История эта о четырех оперных певцах, ждущих в доме престарелых присоединения к «хору небесных ангелов». Автор Рональд Харвуд – лауреат Пулитцеровской премии, больше знакомый нам как сценарист фильма Романа Поланского «Пианист». 
В Москве «Квартет» уже шел антрепризой на сцене Центра оперного пения Вишневской. Помнится, даже с участием Светланы Крючковой и Барбары Брыльской. И не произвел никакого впечатления. Было и не смешно, и не грустно, а просто скучно. 
Ленинградско-петербургские корифеи играли в Театре сатиры. Надо было видеть этот аншлаг! Сколько несли букетов! Сколько народу весь спектакль замерев простояло по стенкам! Каждый первый выход артиста сопровождался овацией. 
Сначала появился Лавров. Ну не накатит ли слеза, когда после двух его шагов по сцене зал разразился аплодисментами! И не об этом ли мечтает каждый артист?.. 
…И не об этом ли вспоминают герои «Квартета», вкусившие громкой славы на оперных подмостках? Четыре знаменитости играют четырех знаменитостей. 
Параллели смялись, спутались в горький клубок цветных электропроводков. Двойное дно болезненно зыбко: где сцена? где явь? Бинокли в гардеробах расхватали. Разглядывали вчерашних Пилата и Воланда; разглядывали Зинаиду Шарко и Алису Фрейндлих – так ли хороши, как прежде? Впивались в каждую деталь: в тонкую лодыжку качающего ногой Лаврова (Реджи), в родинку на лице Басилашвили (Уил), в девчачьи розочки-оборочки Шарко (Сисси), в старомодные каблуки и жемчуг Фрейндлих (Джин)… Нет, не по-мещански; просто зрители глазами ласкали актеров, щедро выкладывающихся так, как, может быть, мы уже и не заслуживаем. 
А уж когда они вошли в раж!.. Какая партитура интонаций! Какие паузы, словно расписанные с точностью шестнадцатых нот! Какие детальки старчества! У каждого своя подагрически-радикулитная походка, но не похожая на другую и вовсе не комичная. Свои заминки речи, запинания; забывания («о чем бишь я?»). 
Фрейндлих придумала себе (или режиссер Николай Пинигин придумал ей?) будто бы непроизвольное, феноменально тихое, почти ультразвуковое подвывание. Поначалу оно вкрадывается в спектакль чужеродным звуком – даже озираешься: это где-то в зале кто-то ноет?.. или ветер свистит в какой-нибудь щели?.. или кто-то принес в зал модную собачку?.. 
В разговорах героев мелькают Верди, овации, Зигфрид, давление, Мусоргский, «Фигаро», геморрой, простатит, «Искатели жемчуга» … Только не отчаяние! Отчаяние, прочь! Запрещено спрашивать «Как вы себя чувствуете?» и «Что вы сегодня собираетесь делать?» Финал: старые певцы готовятся к концерту. В их богоугодном заведении отмечают день рождения Верди. И они, прославившиеся когда-то в «Риголетто», должны спеть знаменитый квартет Герцога, Джильды, Риголетто и Маддалены. 
Как это будет решено в спектакле? Будут ли артисты БДТ открывать рты под фонограмму? Или их как-то ловко во тьме подменят певцы? Или запустят какую-то документальную хронику? Но тогда – какую? Могучая кучка встает как на расстрел (см. фото). Душераздирающая музыка Верди действительно заливает зал (можно ли не полюбить после этого «Риголетто» Верди? Ведь этот квартет всегда ждешь, как «Смерти Изольды» у Вагнера или «Сечи при Керженце» у Римского-Корсакова или арии Надира из тех самых «Искателей жемчуга»!) В ней – ослепительно прекрасные голоса Джин, Реджи, Уила и Сисси (что за фонограмма – в программке не указано). 
Артисты же тонкой пантомимой, мелкой мимикой, этими едва заметными (вот где по-настоящему пошли в ход бинокли!) признаками подлинного непреодолимого волнения, какими-то еле уловимыми намеками на всю свою прошлую жизнь, на когдатошний рисунок любимых ролей, не открывая ртов, будто и поют, но больше наслаждаются пением себя, любимых. Тех, еще молодых, а ныне всеми забытых. 
Ангелы поют на небесех. Не сцена – шедевр! «Каждое произведение искусства доказывает, что побеждает не отчаяние, а человек», – зачитывает коллегам Реджинальд в начале спектакля. Поистине. Когда высокий пафос (слово, смешно перекочевавшее в молодежный жаргон) ткется из нежнейших черточек, ему не страшны лобовые сентенции. Напротив, актеры с феноменальным мастерством провели судьбы своих героев по нашим сердцам пастернаковским нарезом.» 
Зимянина Н. Нарезом по сердцу // Вечерняя Москва. 2006. 13 янв. № 4 (24295).

 

 

«Они сделали это. Четыре актера БДТ им.Товстоногова попытались повторить мхатовский феномен «Соло для часов с боем» - сыграть историю из жизни стариков в доме для престарелых артистов. 
Нужна была какая-то отчаянная смелость, чтобы на это пойти. Ведь мхатовский спектакль по пьесе Заградника, поставленный Олегом Ефремовым и Анатолием Васильевым, в котором играли Андровская и Яншин, Грибов и Прудкин, стал одной из блистательных театральных легенд. Возможно, вовсе не думая об этом контексте, создатели питерского спектакля в него неизбежно попали. [...] 
Один за другим выходят актеры на сцену под овации зала. Кирилл Лавров - Реджи играет актера-интеллектуала, спокойного, благородно сдержанного, со следами глубоко спрятанного душевного страдания. Играет известного себе персонажа. Причина его скрытого страдания становится ясна, когда на сцену выходит четвертый член квартета - Алиса Фрейндлих в роли Джин Хортон. Она на всю жизнь ранила его своим внезапным бегством со свадебного ложа, капризная оперная дива. 
Олег Басилашвили и Зинаида Шарко играют пару попроще. Но и почеловечнее. Когда герой Басилашвили, трогательный, чем-то похожий на жизнелюбивого Карлсона Уилф, выходит на сцену, становится ясно, что для него это не проходная работа. Его персонаж исполнен простодушия и мудрости. Всю жизнь проживший с одной женщиной, видимо, любивший ее трепетно и искренне, он по-мальчишески продолжает играть волокиту и эротомана. Не чуждый философской жилки, он время от времени произносит мудрые сентенции, одна из которых становится лейтмотивом всей пьесы: «Искусство должно трогать сердца». Мягкий юмор, смущение, недотепство, способность замечать страдания ближних, неуверенность в себе, скромность, какой-то особый род стоицизма, смиренного приятия старости и смерти и одновременно страстное жизнелюбие, почти буффонное, - из всего этого Басилашвили сочиняет прелестное, полное жизни существо, которому безусловно веришь. 
Сисси - полубезумная героиня Зинаиды Шарко, являющаяся на сцену разряженной, нелепой клоунессой, медленно, но верно овладевает коллективной душой зрительного зала. Она живет в призрачном мире полуснов и мечтаний, но пытается расплатиться за свои прошлые грехи какой-то трепетной добротой.» 
Карась А. Не соло: В Москве показали спектакль БДТ «Квартет» // Российская газета. 2006. 12 янв.

 

 

 

«Могла ли я представить, что в мои двадцать с хвостиком жизнь то и дело будет сталкивать меня с проблемами старости? “Какая еще старость в твои годы?” - усмехнулся мой хороший знакомый. 
... Все началось с тяжелой болезни моей бабушки. Милый, родной, дорогой человек стал абсолютно не похож сам на себя. Сейчас ее уже нет, во всяком случае, в этом мире… Увиденный недавно репортаж о клинической смерти успокоил меня и одновременно укрепил во мне уверенность в том, что жизнь не может оборваться просто так, что каждому «воздастся по делам его и по вере». 
Новый толчок к размышлениям о преклонном возрасте дал просмотр великолепного спектакля “Квартет” в БДТ. События разворачиваются в доме престарелых в английской провинции. Там доживают свой век звезды оперной сцены. Четыре певца, чья жизнь была полна жизненных триумфов, зрительского признания, планируют спеть квартет из оперы Верди “Риголетто” на концерте, посвященном юбилею этого композитора. 
Порой пошловатые шутки и странноватые реплики – плоды старческого маразма - перемежаются воспоминаниями о бурной молодости и размышлениями об искусстве. “Искусство – это то, что заставляет чаще биться наши сердца”, - эта фраза рефреном звучит на протяжении всего спектакля. Искусство – это то, что позволяет людям, дожившим до “золотых лет” старости, все еще жить полноценной эмоциональной жизнью, “тряхнуть стариной”. Блестящие актеры А.В. Фрейндлих, З.М. Шарко, О.В. Басилашвили и юбиляр К.Ю.Лавров представили зрителю нетрадиционное видение сложного внутреннего мира людей искусства, позволили по-новому взглянуть на проблемы стариков. 
… Я вышла из театра под очень сильным впечатлением от увиденного. Раньше, стоя у театральной кассы, мой выбор был однозначно в пользу зрелищности, динамичности, “водопада” звуков – я смотрела оперу, балет или оперетту. Мне хотелось праздника для глаз и ушей. Теперь, после спектакля “Квартет”, я заново открыла для себя не только драматический театр, но и театр вообще, научилась видеть не только красивые костюмы и декорации, потрясающую игру актеров, но и глубину авторских мыслей, его жизненную философию. Это нельзя увидеть, это нужно уловить, осознать, почувствовать сердцем. 
Воистину, искусство – это то, что заставляет чаще биться наши сердца!» 
Дубовик Л. Искусство – это то, что заставляет биться наши сердца // Невский исток. 2006. 5 янв.

 

 

 

«Эта пьеса написана для четырех актеров-звезд, лучших из тех, что есть в театре, где бы он ни находился. Эта пьеса – о старости, о ее горьких уроках и мужестве, необходимом, чтобы встретить ее достойно. Эта пьеса, наконец, для поклонников театрального искусства, находящих особенное удовольствие в том, чтобы вновь и вновь лицезреть своих избранников. Но квартет, который составлен в академическом Большом драматическом театре имени Г.Товстоногова, превосходит все ожидания: Алиса Фрейндлих, Зинаида Шарко, Олег Басилашвили, Кирилл Лавров. Все народные, все суперзвезды. У всех только что отгремели, отзвучали, прошелестели солидные юбилейные даты. Все не менее полувека украшали, как говорили рецензенты, ленинградскую сцену. За ними – целая эпоха, в нее каждый внес бесценный личный вклад. Когда в финале персонажи – а это некогда знаменитые оперные певцы, оказавшиеся на старости лет в доме для престарелых, – выходят, чтобы исполнить хит своей молодости, квартет герцога, цыганки, Риголетто и Джильды из оперы Верди «Риголетто», каждый на сцене и многие в зале вспоминали нечто более конкретное – возможно, Тамару из «Пяти вечеров» Александра Володина, Таню из «Тани», мелодрамы Алексея Арбузова, князя Серпуховского из «Истории лошади» и, например, Молчалина из «Горе от ума». Словом, роли, названные здесь и неназванные (ибо для всех места не хватило бы на газетном пространстве), прославленные именно этими великими актерами театра. 
На поклоны после спектакля «Квартет» по пьесе английского драматурга Рональда Харвуда режиссер Н.Пинигин не выходил, не выходили и художник З.Марголин и другие авторы этого опуса. На этот раз все было справедливо – о них и для них, для этих наших мастеров, поставлено, показано, им и честь воздается сполна. Игровая площадка тоже выстраивалась для актеров. Поэтому она вынесена вплоть до второго литерного ряда в зал. Ближе, ближе, ближе, как будто под увеличительное стекло выходили они, каждый в сопровождении персонального взрыва аплодисментов. 
Первым – Кирилл Лавров, играющий элегантного педанта, в прошлом выдающегося тенора Реджинальда Паджета. Лавров задает иронию – настоящую, комическую, ее потом подхватывают все остальные, и комедия превращается в патетическое торжество только напоследок. Юмор бульварной комедии Лавров подает со вкусом и удовольствием, не чурается грубостей своего «герцога», оскорбленного более всего тем, что ему недодают на завтрак мармелад. 
Затем является кроткое и смешное создание – бывшее контральто Сессилия Робсон в исполнении Зинаиды Шарко. В ней нет знойности и страстности «цыганки». Разодетая и раскрашенная, словно несколько попугайчиков сразу, в розово-зеленое, украшенная перышками и бантиками, Сесси – добрая душа, ей прощаешь и излишнее любопытство, и глупую наивность. 
Третьим, прихрамывая и опираясь на палку, вступает Олег Басилашвили в роли Уилфреда Бонда, когда-то баритона. Актер играет старого мальчишку, проказника, щеголяет непристойными шутками Бонда, на них зал откликается как на какое-нибудь субботнее телевизионное шоу – без задержек, почти рефлекторным смехом. Жизнелюбие «Риголетто» напускное, бравада и эротические атаки на Сесси скрывают страх, немощь и одиночество. 
Ну и последней начинает свою тему сопрано – «Джильда» Алисы Фрейндлих. Острая и колкая особа, Джин Хортон, не сразу осознавшая перемены в своей жизни, все еще в панцире (как и ее больная спина в корсете) звездных предрассудков, все еще идол «Ковент-Гардена». 
В этом спектакле актеры интереснее персонажей – как раз потому, что все четверо сыграны ярко и свободно. Конечно, с комедией они давно на дружеской ноге, но нежные краски у Шарко и фарсовые у Лаврова, холодноватый гротеск у Фрейндлих и сентиментальный подтекст у Басилашвили – актерские новости. Поэтому так впечатляет финальная сцена, когда старики в гримуборных переодеваются в сценические костюмы. Сцена длинная, она затягивает действие, нарушает ритм спектакля и его целостность с режиссерской точки зрения. Зато актеры – английские оперные ветераны, наши народные артисты – на самом крупном плане. Без биноклей видно все, что составляет тайну театра и перевоплощения. И чем тщательнее одеваются, гримируются, затягиваются они, маскируя возраст, хвори, характер, тем более развоплощается иллюзия вечно счастливого театрального мира, тем сильнее звучат грустные ноты этой веселой игры. Дальше, дальше и дальше под музыку Верди уезжает от зрителей квартет, в глубь сцены, в перспективу безмолвия, превращаясь в неподвижные фигурки – кто-то подумает, что в памятник самим себе, кто-то скажет – в кукол, символов праздного, обманчивого лицедейства. 
Сердечность, с которой зрительный зал встречает и провожает «Квартет», делает не менее половины успеха спектакля, вторую – мастерство и искренность солистов. Ведь «искусство бессмысленно, если не зажигает сердца». Примерно к такому выводу приходит Риголетто–Уилфред–Басилашвили, с ним все согласны.» 
Горфункель Е. Четыре соло в одном «Квартете»: Театр имени Товстоногова поставил спектакль для своих корифеев // Первое сентября. 2005. № 75.

 

 

 

«Действие "Квартета" происходит в доме для престарелых артистов. Здесь встречаются четыре оперные звезды; герой и героиня, их играют Кирилл Лавров и Алиса Фрейндлих, и два резонера – Олег Басилашвили и Зинаида Шарко. Позади слава и сцена, в настоящем репетиции квартета из "Риголетто" для местного концерта по случаю дня рождения Верди, обиды на сиделку из-за джема, стариковские характеры, утраченные голоса и неизжитые драмы и перспектива "отправиться на Карачи". 
Словом, хорошо сделанная пьеса для четверки возрастных артистов. Ставя такую, можно с мелодраматическим пафосом рассуждать о превратностях актерской судьбы и, как сказано в пресс-релизе театра, "свершить побег от своей печальной старости в мир божественной музыки". Можно грубо смеяться над капризами постаревших кумиров. Режиссер Николай Пинигин не делает ни того ни другого. 
Смысл его спектакля кроется в распределении ролей. Понятно, что в БДТ "Квартет" играют далеко не рядовые актеры. И каждый играет не только роль, но судьбу героя. Но сила их ансамбля кроется даже не в отношениях друг с другом и не в рефлексии по поводу прошедшего. Лавров, Фрейндлих, Басилашвили и Шарко играют людей более немощных и куда как более нелепых, чем они сами. Они утрируют возраст и характеры, но этот гротеск и ирония усиливают чистую мелодраматическую ноту. Они вступают в драматические отношения не друг с другом, а со временем. В финале квартет бывших виртуозов не сможет спеть "Риголетто". Они неожиданно не в силах заменить халтурой то живое искусство, частью которого были когда-то. 
Конечно, такой сюжет дает волю аллюзиям. Ну что вы подумаете, когда герой Кирилла Лаврова, защищая покой провинциального английского дома для престарелых, обводит рукой сцену БДТ и со страстью, с болью, с нервом, с отчаянием, c обидой говорит, что некуда ему отсюда идти, вся жизнь здесь. Аллюзии возникают, но дело не в них. А в том, что в отличие от своих героев, у которых "Риголетто" не вырисовывается даже с помощью фонограммы, "Квартет" юбилейная команда играет вживую, в полную силу и без всякой фальши. В финале их четверка в нелепых оперных нарядах под музыку Верди плавно уезжает в глубину сцены. Утратив силу, но сохранив достоинство. » 
Герусова Е. Великолепная четверка: Кирилл Лавров отметил юбилей премьерой // Коммерсант. 2005. 15 сент.

Художественный руководитель театра – Андрей Могучий