Пресса о спектакле «Калека с острова Инишмаан» по пьесе М.Макдонаха

Актёры БДТ: мат в спектаклях МакДонаха цензурировали, но многие настаивают на возвращении // РБК, 07.10.2014

В Перми стартует первый Международный театральный фестиваль Мартина МанДонаха.

Сегодня актеры Большого драматического театра им. Г.А. Товстоногова, Тарас Бибич и Андрей Шарков встретились с пермской прессой.

В Перми на первом Международном театральном фестивале Мартина МанДонаха санкт-петербургская труппа покажет спектакль "Калека с острова Инишмаан" (реж. Андрей Прикотенко).

Пьесы ирландского драматурга "обречены" на успех, хотя при первом прочтении шокируют и трудны для воплощения на сцене, уверены артисты БДТ. Об успехе можно судить и по количеству проданных билетов на спектакли в Перми.

В северной столице "Калеку" показывают в небольшом по меркам Санкт-Петербурга зале на четыре сотни человек - в камерном "мини-БДТ", старинном здании начала 19-го века. Постановка, которую увидят пермяки, идет там год.

- Мой герой, калека Билли - это лакмусовая бумажка неестественного восприятия жизни, - поделился Тарас Бибич. - Он как акын: что вижу, то и пою. Он смотрит на жизнь не через цветные стекла, а прозрачные. И видит мир во всей его красоте и уродстве. Вообще такие персонажи в жизни встречаются редко: в основном, люди видят мир через призму своих желании, соответственно трансформируют его, конструируют под себя. Билли в силу своих ограниченных физических возможностей, не сильной интеграции в социум, оказывается таким сверхнастоящим и незамутненным. Вообще герои МакДонаха "оторванные" идеи, он не делает их многогранными, чтобы можно было сыграть по-разному, вложить разные мысли и чувства. А берет одну тему, дает герою и актеру некую маску - идея одна, но доносит ее драматург очень сильно. Билли своими качествами иногда лучше меня, а вот до персонажа Джонни Патинмайка мне расти не хочется....

- А мне нравится мой персонаж, он хороший человек, - вступает исполнитель роли Джонни Патинмайка, Андрей Шарков. - Как-то в телевизионном интервью Наталья Гундарева сказала: "В театре нужно играть, а в жизни - жить". Так вот, про то - стоит ли вживаться в роль, мое отношение к герою - аналогично.

Действие пьесы происходит в начале ХХ века. Герои живут на заброшенном острове, где все друг друга знают, у соседей - не простые отношения. Каждый мечтает уехать. И вот на соседний остров прибывает киноэкспедиция из Голливуда - тогда калеке Билли, самому несчастному жителю острова, выпадает шанс изменить жизнь.

В предыдущих версиях постановки - герои не стесняются использовать крепкие выражения. Но в России с 1 июля этого года наложен запрет на употребление ненормативной лексики на телевидении, в кино, литературе, СМИ, на концертах и в театральных постановках.

- У нас нецензурно выражался только один герой - Джонни, потому что режиссер дал ему свободу самовыражения, - вот у него и вылезло нутро, - смеется Тарас Бибич. - Конечно же все это сократили, хотя многие настаивают на возвращении.

- Нет, все осталось - как только видите, что я на сцене закатываю глаза, значит ругаюсь про себя матом, - улыбается Андрей Шарков. - Второй язык в России все равно существует и используется. Но наша страна, наверное, к таким постановкам не готова. Хотя и русский можно использовать безобразно, неграмотно - не лучше сквернословия звучит.

В аннотации к спектаклю БДТ все-таки стоит значок "18+". И пусть для эмоционального усиления мат законопослушные санкт-петербуржцы не используют, зато применяют другие эффекты.

- Пространство жизни здесь узкое, брутальное и опасное. В спектакле задействована живая вода, проливающаяся дождем, бьющая брызгами, льющаяся из шланга. Сырость и промозглость становятся частью жизни Инишмаана. Герои даже моются в одежде и так заодно стирают на себе шерстяные свитера, - говорится в брошюре фестиваля.

Концовка "Калеки", как и всех пьес МакДонаха, не лишена трагизма.

- Финал трагичен как всегда, - говорит Андрей Шарков. - Еще до МакДонаха меня всегда раздражали счастливые концовки. Потому что всю книгу или спектакль герои борются, страдают и потом хэппи-энд. Но жизнь-то совсем другая - трагедии больше. От этих же пьес есть ощущение - наконец-то не у меня одного дела плохо, и это привлекательно. Шучу, но просто трагический финал всегда сильнее.

- Мне кажется, МакДонах никогда не завершает пьесу, - рассуждает Тарас Бибич. - Это игра с формой, когда зритель, пролетев эту финишную ленточку, возвращается к своим мыслям, которые были в середине спектакля. И остается ощущение, что хочется еще продолжения.

Актеры БДТ будут играть спектакль завтра, 8 октября на сцене "Театра-театра". А уже сегодня в театре "У Моста" состоится церемония открытия фестиваля, открытие Ирландского музея и презентация первого российского издания книги "Театр и фильмы Мартина МакДонаха", авторства профессора Патрика Лонергана, а также покажут пермскую постановку "Калека с Инишмана" (спектакль-лауреат национальной премии "Золотая Маска" в 2010 году, реж. Сергей Федотов).

Напомним, "У моста" – единственный в мире театр, на сцене которого поставлены все семь пьес ирландского драматурга. "Сиротливый Запад" был номинирован на "Золотую маску-2008" и показан в Москве среди лучших спектаклей России. В 2010 году Театр "У Моста" стал лауреатом "Золотой маски" со спектаклем "Калека с Инишмана". В 2012 году театр получил эксклюзивное право первой постановки пьесы "Безрукий из Спокэна". Спектакль также стал номинантом "Золотой маски" и был показан в Москве среди лучших спектаклей России 2012 года.

Фестиваль проходит в Перми с 7 по 14 октября. Лучшие европейские спектакли на фестивале МакДонаха в Перми сыграют труппы из Штутгарта (Германия), Вены (Австрия), Праги (Чехия), Сараево (Босния и Герцеговина), Торуни (Польша), Москвы, С-Петербурга, Ижевска, Челябинска, Перми. 14 постановок – за 7 дней. Закрывает Фестиваль МХТ им. Чехова знаменитым спектаклем Кирилла Серебренникова "Человек-подушка". 



 

Герусова Е. В БДТ показали «Калеку с острова Инишмаан»//«Коммерсантъ-Online». 2013. 24 июня.

БДТ имени Товстоногова показал на своей Новой сцене в Каменностровском театре премьеру спектакля режиссера Андрея Прикотенко по пьесе Мартина Макдоны «Калека из Инишмаана». Cмотрела ЕЛЕНА ГЕРУСОВА.

«Калека из Инишмаана» — первая премьера БДТ, c того момента, как театр возглавил Андрей Могучий. Однако в этом ключе ее рассматривать не следует: программа нового художественного руководителя сейчас формируется, а театр выпускает ранее запланированные спектакли. Эта премьера первая, но не последняя. К примеру, согласно уже существовавшим договоренностям, театр этим летом намерен показать современную семейную пьесу в постановке Кшиштофа Занусси.

«Калека из Инишмаана» — не первая пьеса Макдоны, к которой обращается БДТ. Пару сезонов назад молодой режиссер Егор Чернышов выпустил здесь «Королеву красоты» («Красавицу из Линейна») с Еленой Поповой в главной роли. Это была психологически точная работа актрисы, но в постановке при этом драматургия Макдоны, по тонкому замечанию коллег, в этом спектакле так отлакировалась, что стала более похожа на драмы Уайлдера, чем на самое себя. Это, конечно, не является комплиментом, а скорее служит знаком того, что драматургия Макдоны в этом спектакле обуржуазилась, что ей глубоко противопоказано.

Для Андрея Прикотенко, судя по его последним постановкам, пьеса «Калека из Инишмаана» представлялась выбором более чем неожиданным. Чуть не все недавние спектакли этого режиссера стремятся к фарсовости, к жонглированию стилистическими и жанровыми формами, к затейливому скольжению по сюжету пьесы. И вроде бы все это не очень-то про Макдону.

Однако в «Калеке из Инишмаана» Андрей Прикотенко оказался неожиданно скуп и серьезен. На сцене художник Олег Головко выстроил деревянный причал c парой швартовых тумб, отрезал глубину сцены жестким брезентовым парусом, протянул куда-то наверх железную лестницу, по которой герои в тяжелые минуты тянут как груз своей жизни простые картонные коробки, снабженные надписями об осторожном обращении. Хотя никакого осторожного обращения на острове Инишмаан не существует. Пространство жизни здесь узкое, брутальное и опасное. В спектакле задействована живая вода, проливающаяся дождем, бьющая брызгами дождя, льющаяся из шланга. И эта сырость и промозглость становятся частью жизни на Инишмаане. Герои даже моются в одежде и так заодно стирают на себе свои шерстяные свитера.

Актерский ансамбль в спектакле сложился отличный. К примеру, теток калеки Билли играют Мария Лаврова и Марина Игнатова — в их исполнении они больше похожи на суровых и беспомощных хранительниц его судьбы. При всей намеренной скупости и реалистичности выразительных средств спектакль вышел очень остроумным, при этом режиссер позволил себе провести только одну тонкую гротескную линию. Cцены доктора (Анатолий Петров), Джонни Патинмайка (Андрей Шарков) и его пьющей мамаши (Ируте Венгалите) делают в сторону от реальности легкий, эксцентрический шаг, и, помимо отличной театрализации действия, становятся замечательным игровым контрапунктом, усиливающим по-настоящему гуманистическое звучание этого спектакля, и подчеркивающим режиссерское понимание и пожалуй что именно любовь режиссера к героям Макдоны, к которым так подходят сентенции о родстве доброты и жестокости.

Cамого калеку Билли в этом спектакле играет Тарас Бибич, и это очень пронзительная, нежная роль. Его герой оказывается более открытым, откровенным, чем окружающие его островитяне. Именно этим он не похож на них, не имеющих силы отказаться от брони цинизма и грубости. Быть просто добрым и открытым оказывается совсем не просто, это своего рода духовное подвижничество. А калека Билли вовсе не островной юродивый, а зрелый и мудрый, открытый к душевной боли человек, живущий среди людей, родных и любимых, но при этом предпочитающих защититься мощной броней грубости и цинизма — просто потому что так легче. В итоге «Калека с острова Инишмаан» оказывается именно об этом — о достижении духовной зрелости и о силе и уязвимости открытого миру и людям человека.

 

 

 

Омецинская Е. Опять ругаются в театре? // Невское время. 2013. 7 июня.

Опять ругаются в театре? В АБДТ им. Г.А. Товстоногова в полный голос, без купюр, заговорили герои пьесы. За пьесы Макдонаха в АБДТ берутся уже второй раз, но премьера 2010 года «Королева красоты» была мало похожа на первоисточник: веяло невероятным академизмом от режиссуры, «причёсанной» игры актёров и реалистического оформления. Впрочем, для нынешней премьеры художник Олег Головко тоже ничего особенного не придумывал. На сцене натянутые паруса, грохочущие сходни и трапы, вёсла, канаты и кнехты на помосте, мелкая водяная пыль надвигающихся штормов, летящая снизу, от «моря». Необходимо и достаточно – лаконично заданная островная тема и подчёркнутая значимость причала как единственного центра местной активности становятся фоном, концентрирующим внимание зрителей на героях (технологичность декорации этому тоже способствует). Но, как и на другом спектакле по подлинному Макдонаху, идущем в Театре им. В.Ф. Комиссаржевской, тут есть демонстративный (со стуком стульями и каблуками) уход части публики из зала. Причина не в режиссуре, не в игре актёров (она в спектакле Прикотенко великолепна). Причина в Макдонахе, которого после многочисленных дискуссий 2000-х годов («Имеет ли право на существование мат в театре?») и обилия немотивированного мата в пьесах современных отечественных авторов зрители воспринимают не как драматургию, а как «опять ругаются в театре». Но в истории про то, как калеку из захолустья позвали сниматься в Голливуд, ненормативная лексика не авторский эпатаж и уж тем более не постановочный ход, это язык и слова героев, являющиеся неотъемлемой частью их характеров. И понять это можно, увидев, как истово матерится и содрогается всем телом Джоннипатинмайк в исполнении Андрея Шаркова, никчёмный и нелепый человек, сам придумавший, как ему раз и навсегда стать любимым и желанным – приносить соседям новости. Искренность его формулировок происходит от желания защитить свою новостную «собственность» и оставаться в центре событий. Но отчасти грубость героев, доходящая даже до действенной жестокости, происходит и от необходимости скрыть свои «слабости» – умение любить, стремление защитить себя или кого-то, внутреннее благородство. Как и в тюрьме, которой для них является остров, здесь не котируются проявления привязанности, задумчивости, чувствования и добра. Да, хамка Хелен (Карина Разумовская), Малыш Бобби (Алексей Винников) и местечковый ньюсмейкер, который на деле спас Калеке жизнь ещё в младенчестве, скудоумны, но они не самый плохой человеческий материал. И Калека Билли, в отличие от земляков не маскирующий свою хорошесть, это понимает – потому и возвращается домой. Тарас Бибич играет парня, страдающего от ДЦП, настолько достоверно, что, видя эти спастичные руки и ноги, этот «взгляд младенца», который любит всех уже потому, что они здоровы, замечая всепрощающую полуулыбку человека, знающего истинную цену близким, поначалу отказываешься даже поверить в игру. Прекрасные тётки Калеки Билли (монументальная Кейт – Марина Игнатова и простодушно-глуповатая Эйлин – Мария Лаврова), величественная Мамаша ньюсмейкера (Ируте Венгалите), спивающийся доктор (Анатолий Петров), имбецил Бартли (Виталий Григорьев) – под стать всей компании, заставляющей сквозь смех, который вызывают их речи и действия, чувствовать подступающие слёзы. «Зорко одно лишь сердце, самого главного глазами не увидишь». Так при чём же тут мат?

 

 

 

Ким А. «Калека с острова Инишмаан» в БДТ // РБК daily. 2013. 13 июня.

На сцене Каменноостровского театра представили первую премьеру в эпоху художественного руководства БДТ Андреем Могучим. Режиссер Андрей Прикотенко поставил «Калеку с острова Инишмаан» по пьесе известного ирландского драматурга Мартина Макдонаха.

Удивительно, но самую популярную из семи на данный момент написанных Макдонахом пьес в Петербурге ставят, кажется, только во второй раз. Камерный спектакль пятилетней давности в театре «Балтийский дом» давно не идет, и постановка Андрея Прикотенко как бы заново знакомит зрителей с чудаковатыми героями чуждой Ирландии. Входящей в трилогию об Аранских островах пьесе не впервой знаменовать начало нового исчисления: как минимум сам Прикотенко уже обращался к ней, став художественным руководителем Рижского русского театра им. М. Чехова. Теперь она открывает и новый этап жизни БДТ.

Пьеса, в основе которой лежит реальная история восьмидесятилетней давности о съемках кино на западном побережье Ирландии, перенасыщена матерными словечками, рискованными шутками и мрачной интригой то ли о волшебном спасении главного героя Калеки Билли в детстве, то ли о его несостоявшемся убийстве. Жанр произведения колеблется от фарса до мелодрамы, заходя и на пространство комедии абсурда. В спектакле лиричного и светлого много больше, чем в пьесе. На это указывает не только позитивная развязка в финале, но сценическое решение с первых же сцен спектакля — местом действия становится подножие маяка, на спасительные сигналы которого каждый из персонажей так или иначе, но выходит из тьмы. По обе стороны от приподнятого помоста натянута черная ткань, создающая атмосферу неприветливого Северного моря, в котором однажды таинственным образом пропали родители Билли и вот-вот собирается утопиться он сам. А что еще остается делать пораженному полиомиелитом подростку? Особенно после новости о том, что папа и мама едва не бросили его, младенца, на дно в мешке с камнями.

Тарас Бибич в роли Калеки — несомненная удача спектакля. Физиологический изъян своего героя он подает легко: ощущение того, что Билли живет в гармонии со своими внешними недостатками, настолько сильно, что забываешь об их «сделанности». Косолапая походка и скрюченные пальцы поджатых рук лишь подчеркивают красоту его души, как бы пафосно это ни звучало. Сам герой говорит об этом обстоятельстве прямо: «Они все калеки внутри. А я лишь внешне!» Пока Билли находится в неведении о своих родителях и их далеко не гуманных на него планах, жить в тяжелых обстоятельствах ему помогает вера в их былую к нему любовь. Но для Макдонаха, а за ним и для режиссера куда важнее любовь настоящая, реальная, пусть и скрытая за эгоизмом и внешней грубостью окружающих.

Так, предмет обожания Билли — Чума-Хелен в исполнении Карины Разумовской — обаятельное колючее существо. Чем больше она хочет казаться невыносимой (ругается беспрерывно матом, наотмашь разбивает яйца об головы неугодных ей священника, соседа и собственного брата), тем сильнее проникаешься к ней состраданием и симпатией: трудно жить на свете хорошенькой девушке. Особенно в такой дыре. Повторяющаяся фраза «Ирландия не такая уж дыра, если сюда…» («приехали снимать кино», «приплывают акулы», «возвращаются из Голливуда калеки») становится лейтмотивом спектакля. Билли действительно возвращается, оказавшись ненужным на «фабрике грез», этом символе блестящих иллюзий. От самоубийства его удерживает согласие Хелен на свидание («можешь даже полапать»). Сложная, но взаправду любовь оказывается даже сильнее туберкулеза — в финале герой Бибича кашляет и не обнаруживает роковых капель крови. С уверенностью в счастье он замирает.

Художественный руководитель театра – Андрей Могучий